В преддверии Дня молодёжи мы встретились с Ольгой Николаевной Ситниковой — руководителем и педагогом новочеркасской театр-студии «Арт Мастер», которая работает в стенах Донского казачьего драматического театра имени Веры Федоровны Комиссаржевской.
В этом году студии — 17 лет. Её воспитанники участвуют в международных конкурсах, поступают в ведущие творческие вузы страны, становятся артистами театра и кино. И это лучший показатель состоятельности проекта. Но как всё начиналось? Кто стоял у истоков? С этого и начался разговор с Ольгой Николаевной:
— Основателем студии был художественный руководитель театра — Леонид Иванович Шатохин. Он решил, что нужно взращивать своё поколение артистов для театра, и поэтому пришёл к такому творческому эксперименту. На тот момент подобных студий практически не было. Изначально он пригласил меня как мастера, и я согласилась, потому что уже имела смежный опыт работы и постановок с детьми.
Как начинался ваш педагогический путь?
— Когда я закончила институт, жила на севере, в Воркуте. Служила в театре актрисой, но при этом были и подработки. Меня пригласили в школу — директор предложила организовать театральный класс. Я согласилась — оттуда и пошла студийность. Вела детей с начальных классов до девятого: это был профильный театральный класс, всё как в театре. После уроков они бежали ко мне, и мы с двух до шести репетировали. Ставили новогодние и выпускные спектакли. По этому принципу работаем до сих пор: для нас важен скорее не отчётный спектакль, а сам процесс.
Как часто студия выпускает спектакли?
— Мы не делаем спектакль раз в месяц. Нам важен процесс: чтобы ребенок развивался, понимал, для чего он это делает. И тогда мы показываем спектакль родителям. Для ребенка это событие — он готовится к нему, проживает его. Отчётный показ — это точка, после которой мы идём дальше. Поэтому у нас нет репертуара в классическом понимании.
В чем ваша философия успеха?
— Не все дети сразу могут освоить большой материал, но они с ним растут. У нас индивидуальный подход — работа идёт не столько на результат, сколько на психологическом уровне. Мы не просто учим петь и танцевать, а используем психологические тренинги. Есть дети, которые боятся и два года сидят в массовке, а потом выходят — для них уже просто постоять на сцене большой шаг. Они потихоньку растут, развиваются — и в итоге поступают в театральные вузы.
Каковы критерии отбора для студийцев?
— Есть дети, которых видно сразу — они танцевали, пели. Но мы можем и не взять такого ребёнка, потому что у него другой профиль, и именно в нём он талантлив. Бывает и по-другому: ребёнок не выходит на общение. Если он сразу включается в игру — из него что-то может получиться. А иногда дети зажимаются. Приходит ребёнок, который занимается спортом, но здесь видит шесть взрослых профессионалов — и теряется. Даже подростки, особенно девочки, начинают плакать. В группе 30–35 человек мы не сможем его раскрыть — он будет просто закрываться на каждом задании. Если бы это были индивидуальные занятия — тогда может быть. Но в большом коллективе мы рискуем сломать психику. Зачем нам это надо? Мальчишки, наоборот, приходят и признаются: «А я не хочу, мне мама направила, я вообще спортом хочу заниматься». Тогда мы говорим маме: ведите ребенка туда, где ему интересно. Из него здесь ничего не получится, потому что он будет всё время мысленно там. А бывает по-другому. Ребёнок говорит: «Нет, это я маме сказал, я хочу сюда». Ты умеешь петь, танцевать? — «Нет, ничего не умею, но хочу. Давайте я сейчас спою». Поёт криво, танцует криво. Но желание чувствуется. «Я могу, я к вам приду». И тогда мы переглядываемся: это наш.
Многие родители хотят привести ребёнка в студию уже в семь лет. Стоит ли торопиться?
— Мы принимаем с семи лет, но в первый класс и студию одновременно ходить не советуем — ребёнку нужно сначала адаптироваться в школе. Лучше приходить со второго класса. К этому времени он уже привыкает к коллективу, знает, что есть обязанности, понимает, что такое нагрузка. И тогда можно давать дополнительную. А если идти и туда, и туда сразу — он теряется, устаёт, сил не хватает.
Стоит ли пробовать тем, кто приходит в студию уже в 14–17 лет, без подготовки?
— Да, стоит, потому что ребенок, например, занимался спортом, но в какой-то момент понимает, что ему интересно другое. Он не может это выразить в школе, потому что там на него смотрят как на спортсмена: зачем ему читать стихи на линейках? А ему хочется. И тогда он приходит сюда и потихоньку начинает развиваться. У нас были мальчишки и девчонки, которые приходили из дзюдо, карате, баскетбола. Здесь главное родителю почувствовать: это его желание или он просто за компанию?
Изменился ли за годы профессиональной деятельности подход к обучению детей?
— Да, изменился. Если сначала главным было, чтобы ребенок развивался, пел, танцевал, хорошо говорил, то сейчас у нас стало гораздо больше показов. Мы стали подходить к ним более творчески и профессионально — критерии стали глубже. Изменились и постановочные моменты: мы стали внедрять больше света, музыки, декораций, простраивать линии. Мне кажется, спектакли стали гораздо интереснее — и это замечают те, кто наблюдает за студией много лет.
Студия имеет три группы набора: младшая, средняя и старшая. Ольга Николаевна отмечает, что студийцы, которые проучились уже 10 лет, уже серьёзно владеют театральными навыками. С ними хочется делать больше качественного творческого материала, давать им больше своих знаний и развиваться вместе с ними.
Особенно трогательно она говорит о выпускниках.
— Когда студийцы выходят во взрослую жизнь, я уже для них не руководитель, а просто коллега. Но мне по-прежнему интересно смотреть, как они развиваются, как самостоятельно двигаются. Главное — не мешать им развиваться, пусть набивают шишки. Если их до пенсии направлять, из них ничего не получится.
Поддерживается ли связь с бывшими учениками?
— Да, они мои друзья. Я приезжаю в Москву, встречаюсь с выпускниками, и они тоже часто приезжают к нам в гости — собираемся компаниями или по отдельности. Я спрашиваю, как у них жизнь, они — как у меня. Они рассказывают, как работают в театрах и кино, а я слушаю и расту вместе с ними. Мы уже в статусе не руководитель и студийцы, а друзья.
Последние слова Ольга Николаевна адресовала тем, кто ещё не выбрал свою дорогу, — в них слышна мудрость, рождённая годами работы с детьми и молодыми актёрами.
— Вы должны понять, кто вы есть и что хотите от этой жизни. Чем раньше вы это осознаете, тем меньше потратите времени впустую. А оно летит незаметно. Бывает, год прошёл, а ты просто лежал на диване с телефоном, а потом жалеешь об упущенных возможностях. Поэтому, какую бы цель ты перед собой ни поставил — не упускай момент: учись, общайся с теми, кто уже добился успеха. Главное — понять и двигаться.
Анна Топилина. Фото героини публикации
