«Работаю не ради благодарности выздоровевших и их семей, а на результат», – говорит о своем более чем 30-летнем пути в профессии заведующий новочеркасским диспансерным отделением № 3 шахтинского филиала государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Наркологический диспансер» Михаил Мирземетов.
Впрочем, и путь к профессии Михаила Абдуловича был не коротким и порой противоречивым. По собственному признанию, с детства мечтал стать сосудистым хирургом. Десятилетнего пацана буквально вдохновил пример родственника, тогда студента-медика. Недаром в народе говорят: хирург – первый после Бога. Вот и Михаил восхищался тем, что могут делать эти профессионалы. А тем временем подумывал о поступлении в суворовское училище, получал техническую специальность. И все же жизнь все расставила по своим местам.
На выбор специализации, кстати, повлиял тоже хирург. Да какой! Выдающийся ученый и педагог, член-корреспондент РАМН, доктор медицинских наук, лауреат Государственной премии СССР, профессор Петр Петрович Коваленко. Это он посоветовал студенту Ростовского мединститута Мирземетову обратиться к психиатрии, фишкой которой, как говорят профессионалы, является наркология.
– В нашей сфере очень много сложных и интересных случаев. А молодому специалисту этого-то и надо, – признается Михаил Абдулович. – Любовь к своему делу привили наставники в клинике Бухановского и коллеги в Новочеркасске.
Сюда молодой врач пришел в 1995 году. «Просто повезло. На распределении интернатуры. Ни дня не пожалел», – говорит об этом сам. Хотя пациенты этого профиля довольно специфические. Прежде всего в «производственном» плане.
– Сразу интересным было то, что в наркологии ты зачастую принимаешь пациента, который не обследован, не диагностирован. Нет ни истории болезни, ни результатов анализов, динамического обследования, как в прочих сферах медицины. Доставляют больного на носилках, в психозе. Никто не знает, что он принимал: наркотики или их же в сочетании со спиртными напитками. Может быть, у него сочетанная травма, ЧМТ, инфаркт, инсульт. Без преувеличения, случалось, что родственники прибывали чуть ли не с гробом наготове. Тяжелейшие случаи. А мы пациентов буквально ставим на ноги, – улыбается доктор. – И это только благодаря проффессионализму наших специалистов. Зато какое удовлетворение потом испытываешь, когда встречаешь этих людей в здравом уме на улицах, на городских праздниках, да хоть на базаре. Благополучных, с семьей. Они здороваются. Некоторые, бывает, не здороваются – стесняются своего прошлого.
За три десятилетия практики Михаил Мирземетов отмечает, как меняется структура потребления психоактивных веществ, сколь становится разнообразной, к несчастью. На смену практически единственному виду эфедроновых наркоманов приходят самые разные виды зависимых. Синтетические препараты в употреблении соседствуют с аптечными дизлептиками.
– Когда последние применяются не в терапевтических дозах, они приводят к наркотическому опьянению, – объясняет нарколог. – Да, для этих лекарств нет безрецептурного отпуска, но заинтересованные личности все равно находят каналы. И вот здесь возникает опасность, что без препарата останутся пациенты, получающие его по медицинским показаниям – они исчезают из аптечной сети. А значит, больной, действительно нуждающийся в помощи, не получает ее.
По наблюдениям заведующего диспансером в Новочеркасске, наркомания, к сожалению, молодеет: употребление так называемых солей отмечается уже с 12-тилетнего возраста, аптечных препаратов – с 14 лет. Алкоголь, увы, тоже не торопиться сдавать свои позиции. Табакокурение с новой силой завоевывает женскую аудиторию. Поэтому в наркодиспансере лечение всегда идет рука об руку с профилактикой. Беседы на каждом приеме, с теми, кто приходит за справкой «на права» или для устройства на работу. Лекции в школах, средних специальных учебных заведениях, вузах, на предприятиях. Эти формы работы – планомерный труд специалистов учреждения.
– Самое главное – быть преданным своему делу. А выбрав профессию, не потерять себя в ней, – говорит Михаил Мирземетов. И объясняет, – Категорически нельзя экстраполировать симптомы пациента на себя. Сочувствовать, понять – да. «Примерять» – нет. На старте карьеры в клинике Бухановского я наблюдал несовершеннолетних с диагнозом «шизофрения». И первой же пациентки так «наслушался» и впечатлился, что почти испытал ее состояние на себе: и «голоса», и видения. Одного раза оказалось достаточно. Чтобы эффективно помочь больному, доктор должен суметь сохранить себя.
Елена ЕФАНОВА, фото Александра ХВАСТИКОВА
